Хозяева страны
11 декабря 2019 г.
«Процесс исключения» в новые и самые новые времена
30 АПРЕЛЯ 2018, МАРК ФЕЙГИН

ТАСС

За последние дни, после лишения меня адвокатского статуса, ни единожды мне задавали вопрос о сравнении моего «изгнания» с тем, что происходило с писателями в советские годы. В памяти остались лишь громкие собрания, когда переодетые в штатское коллеги с возмущением бичевали членов Союза за «разложение», «переход на сторону врага» и «власовщину». Лидия Чуковская с приторной точностью воспроизвела один из таких «процессов».

Уместны ли сравнения тогдашнего, почти лагерного глумления и «интеллигентской присядки» в творческой советской среде и нынешнего, с претензией на право и моральную безупречность, в сообществе адвокатов? Судите сами.

С 24 апреля 2018 года, дня, когда российская адвокатура перестала быть независимой, все попытки парировать тезис о политических причинах лишения меня статуса Советом адвокатской палаты города Москвы не пошли дальше того, чтобы неуклюже ссылаться на нормы Кодекса адвокатской этики и закона об адвокатуре. Именно поэтому будет небезынтересно понять некоторые детали «процесса».

Итак, собственно, за что? За три сообщения в твиттере от 19 июля 2017 года (внимательно следите за датами!):

«Придурки, запомните и передайте вашему шарику! Фейгин никогда, слышите, никогда не проигрывал такому говну. Я вас сожру и высру. Пидо**сы…»;

«Исход этой деревенской пиар-атаки кремлевской подх**шки будет таким же, как и с его иском ко мне в Украине за «украинофобское животное»;

«Уголовная и гражданско-правовая ответственность взаимоисключающи. Идиоты» .

Ну, я бы, пожалуй, отредактировал первый и второй твиты, а так оставил бы всё как есть. Могу представить, что со мной сделали бы советские писатели…

Что дальше? Написали на меня жалобу два совершенно недостойных человека, отнесшие на свой счёт содержание сообщений. Сделали это 25 июля 2017 года, буквально неделю спустя, направив указанную жалобу в Адвокатскую палату города Москвы. Там, рассмотрев жалобу (в лице президента Палаты Полякова), отказали в возбуждении дисциплинарного производства в отношении меня, причём истребовав предварительно с меня объяснительную и вынеся впоследствии распоряжение об отказе 4 августа 2017 года. Казалось бы, история на этом должна была бы и исчерпаться, но нет.

Недовольная отказом экзальтированная и весьма посредственная дама-заявительница пошла дальше, в Министерство юстиции РФ, ровно с той же жалобой. Министерские, питая ко мне давно и взаимно разделённые чувства ненависти, направили снова в Палату представление о возбуждении в отношении меня дисциплинарного производства, всё по тем же основаниям, за эти три твита.

30 октября 2017 года представление Министерства юстиции РФ, основанное всё на той же жалобе упомянутой выше заявительницы, было принято Адвокатской палатой города Москвы. На этот раз дисциплинарное производство уже было возбуждено, несмотря на предыдущий отказ при неизменившихся основаниях.

После двух заседаний квалификационной комиссии, состоявшихся 6 декабря 2017 года и 24 января 2018 года, её заключением был признан факт нарушения мною норм адвокатской этики по Правилам поведения адвокатов в сети Интернет. Пускаться в долгие рассуждения, что эти нормы регулируют и какова по ним дисциплинарная практика, я не буду. Скажу только, что они есть не что иное, как способ расправы с неугодными, и прежде всего политически неугодными адвокатами.

Вопрос дошёл до Совета Адвокатской палаты города Москвы, который и должен был вынести решение о наказании адвоката Фейгина к 24 апреля 2018 года. К этому моменту со дня проступка прошло 9 месяцев. А норма Кодекса профессиональной этики адвоката (п.5 ст.18) предполагает наказание только в течение 6 месяцев. Срок был полностью исчерпан, право наказывать у Палаты просто отсутствовало. Причем в письменных возражениях на заключение квалификационной комиссии я это всё указал, с приложением всех документов.

Собственно, палата могла бы «спрятаться» за положение о «дне обнаружения» проступка адвоката, которое упомянуто в п.5 ст.18 КПЭА. Мол, мы, получив 25 июля 2017 года жалобу заявительницы с этими тремя твитами, не усмотрели (не увидели, не смогли обнаружить) их. А вот 30 октября 2017 года смогли, когда та же жалоба пришла с представлением Минюста РФ. Ну да. Интересный был бы ход, но не получился.

Не говоря уже о том, что сам президент палаты Поляков И.А. издал распоряжение об отказе 4 августа 2017 года, в котором подробно обосновал, почему жалоба на адвоката Фейгина не может быть принята, он был осведомлён также о судебной практике шумного дела с возвратом адвокатского статуса Трунову.

Лефортовский суд города Москвы 30 декабря 2016 года по точно такому же поводу, как у меня, удовлетворил иск Трунова к адвокатской палате Московской области, и это основание, изложенное судом в мотивировочной части решения, «перепрыгнуть» не выйдет: «…Днем обнаружения проступка считается день, когда в соответствующую адвокатскую палату поступили сведения, указывающие на наличие в действиях (бездействии) адвоката признаков нарушения требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) Кодекса профессиональной этики адвоката». Московский городской суд подтвердил своим определением во второй инстанции указанное решение.

Обо всём этом Совет адвокатской палаты города Москвы прекрасно знал, читал в моих возражениях, вымученно пытался возражать на заседании, и тем не менее принял это незаконное решение. Вопрос: почему?

Ну, мой ответ все слышали: перед ними была поставлена задача лишить, а уж как они это сделают (законно или незаконно), вопрос второстепенный. Конечно, если бы Фейгин торговал наркотиками, возил в багажнике трупы или бегал голый в плаще по Битцевскому парку, было бы куда сподручнее решить проблему его статуса, но сделали как сделали.

И что же дальше? Дальше суд, надежд на который я особых не возлагаю, поскольку один из главных инициаторов лишения меня статуса метит в президенты этой самой палаты и наверняка обобьёт все пороги, чтобы довести до конца эту нехитрую комбинацию. Но я всё равно выиграю. Я останусь навсегда в истории русской адвокатуры как самое яркое, что случилось с ней за весь двадцатилетний путинский срок. Мне этого вполне достаточно…

 

 

 

Фото: Украина, Киев. 26.05.2016. Адвокат Надежды Савченко Марк Фейгин на пресс-конференции в Киеве. Sergei Chuzavkov/AP/TASS












  • Лев Пономарев: Вариантов два. Мягкий – вытеснять за границу, лишать гражданства и создавать новый «философский пароход». А второй – сажать.

  • Медуза: Главной жертвой нововведений называли Apple — компания неохотно предустанавливает софт от сторонних производителей на свои устройства. 

  • Марат Гельман: В стране, в которой сотни тысяч людей были посажены и уничтожены по ложному обвинению в шпионаже, придавать такой статус людям - это хуже даже, чем открывать новые памятники Сталину.

     

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Безумие и абсурдность российской жизни стали трендом
3 ДЕКАБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувший понедельник президент Путин подписал два законопроекта, которые уже вполне заслуженно маркируются определением «пресловутые» — про них говорят и пишут долгие месяцы. В первом случае речь идет о законе, позволяющем на фактически любого гражданина России повесить табличку с надписью «иностранный агент», а второй — обязывает продавцов на все технические средства, продаваемые на территории России, устанавливать программное обеспечение отечественного производства. На первый взгляд между этими законодательными нововведениями нет ничего общего. Но это только на первый взгляд. Пойдем по порядку. Закон об инагентах-физлицах носит откровенно репрессивный запретительный характер.
Прямая речь
3 ДЕКАБРЯ 2019
Лев Пономарев: Вариантов два. Мягкий – вытеснять за границу, лишать гражданства и создавать новый «философский пароход». А второй – сажать.
В СМИ
3 ДЕКАБРЯ 2019
Медуза: Главной жертвой нововведений называли Apple — компания неохотно предустанавливает софт от сторонних производителей на свои устройства. 
В блогах
3 ДЕКАБРЯ 2019
Марат Гельман: В стране, в которой сотни тысяч людей были посажены и уничтожены по ложному обвинению в шпионаже, придавать такой статус людям - это хуже даже, чем открывать новые памятники Сталину.  
Отмыть от крови гимнастерку НКВД
2 ДЕКАБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Исполняющий обязанности районного прокурора в Твери выступил с судьбоносной инициативой — предложил демонтировать мемориальные доски, установленные 30 лет назад на здании местного мединститута. В 30-х годах прошлого века в здании располагалось областное управление НКВД со своей внутренней тюрьмой. Там, согласно показаниям бывшего начальника этого управления, которые он дал в 1991-м следователям Главной военной прокуратуры, расстреливали людей, как советских граждан, так и пленных поляков. Но теперь прокурорские выяснили: оказывается, эти признания не подтверждаются данными, которые тогда же, в начале 1990-х, были представлены Федеральной службой контрразведки, предшественницей ФСБ.
Прямая речь
2 ДЕКАБРЯ 2019
Кирилл Мартынов: Это частично идущая «сверху», а частично «снизу» ревизия всей исторической дискуссии в России последних 30 лет.
В СМИ
2 ДЕКАБРЯ 2019
"Ведомости": Попытки так или иначе избавиться от мемориалов памяти жертв репрессий куда лучше торжественных речей иллюстрируют историческую политику «на местах».
В блогах
2 ДЕКАБРЯ 2019
Ян Рачинский: Тверской прокурор имеет шансы войти в историю. Он решил проверить, соответствует ли размещение мемориальных досок на фасаде медицинского университета принятым много позже правилам.
Доцентов проверят психиатры. А кто проверит депутатов?
29 НОЯБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Депутат Госдумы устроен просто. Все его поведение и внутренний мир описывается классической схемой: стимул-реакция. Увидел рост протестной активности – принял закон о гражданах-иноагентах. Ну, или запретил что-нибудь еще в интернете. Лучше и то, и другое. А тут вот доцент Соколов убил и расчленил свою любовницу, которая к тому же была ранее его аспиранткой. Общественность взволнована, пытается кивать на Военно-историческое общество, в котором доцент Соколов состоял. А там начальником министр культуры РФ Мединский, кстати, приятель доцента Соколова. Одним словом, публика явно не туда гневается. Нужные люди из числа пригожинских пытались направить публичный гнев в нужное русло.
Прямая речь
29 НОЯБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Надо заодно всех учителей школы проверять на психическое состояние. И, кстати, всех депутатов Государственной думы и сенаторов. Потому что их работа не менее важна...